Достойны ли мы отцов и дедов-4 - Страница 15


К оглавлению

15

— Ничего Лаврентий Павлович, мы старые коммунисты…

Положив трубку, он поднял ее снова и скомандовал:

— Срочно связь с горотделом НКВД Севастополя и штабом Черноморского флота…

Но не сдержался и закричал.

— Срочно!

Первым с кем его связали, оказался штаб Черноморского флота, где его переключили сразу на дежурного.

— Оперативный дежурный капитан третьего ранга Портной.

Берия спокойным, чуть ласковым голосом заговорил, четко контролируя интонации.

— Народный комиссар внутренних дел Берия Лаврентий Павлович. Скажите ка товарищ капитан третьего ранга, что у вас там за стрельба в Инкермане?

В душе надеясь, что моряки еще не в курсе.

— Диверсанты прорвались к заводу, но их зажали, туда на помощь выслана рота краснофлотцев.

— Значит так, времени нет. Быстро даешь команду, чтоб их не трогали. Просто никуда не выпускать и никого к ним не подпускать. Понятно?

— Но как же, товарищ народный комиссар?

— Ты меня понял? Ни одного выстрела в их сторону.

— Ну, я так не могу.

— Запомни, капитан… третьего ранга, я очень ценю дружбу, а еще больше я ценю неуважение и долго его помню. Запомни. Я пока только прошу…

— Там погибли люди, наших убивают.

— Да никого они не убивают, а только обороняются. Если они б они хотели, то уже бы завалили трупами город. Уж поверь мне, не простые это ребята, элита. Произошла ошибка. Все разговор закончен.

Берия рывком бросил трубку. Зазвонил соседний телефон.

— Слушаю.

— Начальник Севастопольского горотдела НКВД Нефедов — доложил секретарь.

— Давай.

В трубке снова зашуршало, и усталый голос стал докладывать, но Берия его грубо прервал.

— Что там у вас за стрельба в Инкермане?

— К штабу дивизии прорвались немецкие диверсанты.

Берия не выдержал и выматерился.

— Кто вам это сказал?

— Представитель главного управления — майор госбезопасности Ивакян, действующий по вашему прямому приказу.

— Диверсанты на многоколесной бронемашине в пятнистой форме с неизвестным оружием?

— Да, мне так докладывали.

Нарком не выдержал и закричал.

— Да вы что там совсем охренели что-ли? Никакие это не диверсанты. Специальное подразделение ГУ НКВД во главе с майором Кречетовым. Козлы!

Он прервался, давая себе возможность успокоиться, не слушая жалобное блеяние Нефедова.

— Значит так, за тобой вины не вижу, сделаешь, так как скажу, забуду, понял?

— Да…понял.

— Где Лебедев?

— Нет связи с ним.

— Ивакян?

— В Инкермане.

— Ивакяна, Лебедева арестовать, стрельбу прекратить. И запомни, майор Кречетов, командир этого отряда, должен остаться живым, иначе… Ты меня понял?

— Есть, все сделаем товарищ народный комиссар.

— Что у вас там за взрыв в горах был?

— Да сами не понимаем. Там работала особая группа ОСНАЗ НКВД и мне, ссылаясь на вас, настоятельно не рекомендовали выяснять обстоятельства.

— Кто рекомендовал?

— Майор Ивакян.

— Понятно. Делай, как я сказал. И запомни от того, сколько пятнистых выживет, будет зависеть твоя судьба, понял?

— Так точно.

Бросив трубку Берия, рывком поднялся и резво пошел к выходу — секретарь сообщил, что на улице его ждет машина и сопровождение. Проходя через приемную, он коротко кинул:

— Судоплатова ко мне, срочно.

Проехав пару кварталов, машины остановились. Открылась дверь и к удивленному наркому обратился начальник охраны просто и буднично сказал:

— Товарищ народный комиссар пересядьте пожалуйста в другую машину. Эта поедет впереди.

Берия коротко кивнул, как бы соглашаясь и молча пересел в неприметную эмку.

Кортеж снова сорвался с места и рванул к выезду из города.

Опять ночные улицы, патрули и мелькание света фар на темных громадах домов. Берия, сидя на заднем сиденье, не мог унять нервную дрожь. Положение на фронтах тяжелейшее, а тут с пришельцами постоянно что-то происходит, и как на зло они постоянно притягивают к себе какие-то неприятности. Но изворотливый ум наркома, поднаторевшего в интригах и многоходовых комбинациях, подсказывал только одно: его хотят убрать, подставить перед потомками и Хозяином и в данной ситуации договориться с пришельцами, которые реально его уважают и возможно не станут раздувать историю, если удастся в ближайшее время все решить с минимальными потерями.

Кортеж, передвигаясь по городу, постоянно менял направление и когда они выехали на окраины, к ним присоединилось два грузовика забитые бойцами и три бронеавтомобиля с пушечным вооружением. С такой силой Берия почувствовал себя более уверенно и с нетерпением ожидал приезда на 'Объект Д'.

Его мысли перетекли на Пашу, точнее Павла Максимовича, а если еще точнее старшего майора государственной безопасности Макашова Павла Максимовича, старого знакомого еще по дореволюционной партийной деятельности в Баку. Именно сейчас, когда вокруг операции 'Оракул' начались неприятные движения, ему понадобился доверенный человек со стороны, на которого он может положиться. Павел его не подвел. Будучи посвященным во все, он мастерски оставался незаметным, контролируя всю ситуацию. Пользуясь своими связями, он в самый критический момент смог добыть важнейшую информации и донести ее до руководства, не засветившись при этом. Не зря его извилистыми путями через Ташкент и Баку откомандировали из его постоянного места службы в Тбилиси, Грузинской ССР.

Ехать было слишком долго, поэтому Берия нервничал, ожидая за каждым поворотом засады, но к счастью ничего этого не произошло, и колонна достигла специального укрепрайона, где располагались пришельцы и, пройдя несколько постов охраны, оказался перед комнатой, где в данный момент находилась девушка, оператор связи.

15